Проекты

Новости

20.04.2017


Опыт сравнительного социогенеза: Египет vs Шумер – выводы. В предыдущей заметке мы сравнивали развитие Древнего Египта и Междуречья. Их более чем двух тысячелетняя сравнительная история показала разительные отличия. В Месопотамии ни одно из её царств не стало точкой сборки в единую устойчивую систему разделения труда, способную защитить себя от экспансии кочевых племен. Все большие государства Месопотамии оказались энергетически нецелесообразными социальными системами, поэтому рыхлыми и неустойчивыми, как правило, короткоживущими. Они разрушались при малейшем ослаблении скреплявшей их в целое пассионарной энергии элит. В итоге мы наблюдали калейдоскоп государственностей с регулярной сменой этнической доминанты – с шумерской на аккадскую, затем аморейскую, касситскую, арамейскую, халдейскую и пр.


Архив новостей

Опрос

Какой проект интересней?

Инновационное образование и технологическое развитие

Рабочие материалы прошедших реакторов

Русская онтологическая школа

Странник

Ничего не интересно


Видео-галерея

Фотогалерея

Подписка на рассылку новостей

 

Анонс Игры №2 «Европейский Союз: распад и релаксационные войны» курс ГЕОСТРАТЕГ: ВОЙНЫ БУДУЩЕГО. 3 марта 2012 года

Необходимые документы  участников курса Геостратег: Оферта, Регистрационная форма,  программа курса,  условия участия и схема оплатыcхема проезда к месту проведения.


            Европейский Союз является политическим образованием нового типа. Это – не национальное государство (и, строго говоря, не государство вообще), не федерация, не конфедерация, не империя, не политический союз. В.Глазычев однажды охарактеризовал ЕС, как «ареал действия определенных сервитутов». Ст. Лем, вероятно, вспомнил бы свою «экземплификацию самоуправляемой прокрустики». Во всяком случае, инновационность структуры не вызывает сомнения и обосновывает претензии «старой Европы» на участие в мировом конкурсе проектов когнитивного перехода.

            С сугубо практической точки зрения Европейский Союз повысил связность культуры и экономки Старого Света, создав единое юридическое пространство и обеспечив свободное перемещение капиталов, рабочей силы и информации.

            Однако, практически любой политический проект содержит некую «мину», которая в любой момент может взорваться и полностью разрушить заботливо выстроенную конструкцию.  Для Советского Союза этой миной были заметенные под ковер межнациональные противоречия. Ситуация с ЕС намного сложнее и потенциально опаснее.

            Фундаментом евроинтеграции является существование образа жизни, единого для жителей всего континента или его значительной части. Но образ жизни включает в себя не только образ существования, но также и образы мысли и деятельности. Ватикан, как один из конструкторов ЕС, предполагал, что определенное единство мышления европейцев будет сформировано за счет христианской идентичности, но этому помешала политика толерантности и политкорретности. Кризис образования привел к распаду форматного научного мышления, до поры до времени как-то цементирующего европейское интеллектуальное пространство. В результате уже к середине 2000-х годов это пространство рассыпалось на мелкие осколки, причем значительная часть европейцев присоединилась к безмыслящему большинству.

            Еще худшее произошло с деятельностью. Из отдельных государств – членом ЕС она вытеснялась, вследствие кризиса индустриальной фазы развития. А Союз в целом никогда и не имел соразмерной ему деятельности.  Поэтому первый же экономический кризис всерьез поставил вопрос об «издержках»: в самом деле, зачем Германии или Австрии кормить хронически неплатежеспособные Грецию или Испанию, если за этим не стоит никаких высоких смыслов, никакой проектности, не говоря уж о коммерческой эффективности?

            Далее, нужно учесть, что любая страна или группа стран, заявляющая когнитивный переход, в компактифицированной форме содержит в себе противоречия всего мира. К Европе это тоже относится, причем нужно иметь в виду, что Европейский Союз «заметает под ковер» не только противоречия в пространстве: Запад – Восток, Север – Юг, Германия – Франция, Германия – Польша…, но и противоречия во времени, взаимные претензии и обиды, накопленные за тысячелетия совместной жизни на сравнительно узком пространстве.

            Весьма важно, что Европейский Союз не создал механизма принятия оперативных решений: его исполнительные органы работают «с медлительностью, для которой нет имени».

            Все эти проблемы - и многие другие, которые здесь опущены для краткости – разумеется, обострились в связи с кризисом 2008 года и последующей экономической нестабильностью.

            В этой ситуации  - либо элиты Евросоюзы не справятся с этой волной кризиса или с одной из его последующих волн, либо им удастся найти решение, и тогда Союз будет коренным образом переформатирован.

            Об этом две Игры. Третьего марта мы рассматриваем «меньшее из двух зол»: распад Европейского Союза. Двадцать четверного марта будет разобрана альтернативная версия – обновленный Европейский Союз, самая динамичная и самая агрессивная сила в мире конца 2020-х годов.

           

            Итак, распад Европейского Союза.

            Есть много сценариев такого распада, и нет никакого смысла предопределять выбор того или иного из них до Игры. Но при любой версии развития событий разрушение столь масштабной политической и социальной конструкции будет сопровождаться выделением социальной энергии – «нагревом».

            Далее возможны три варианта:

            «Социальный разогрев» выльется в гражданскую войну – либо коренного населения против мигрантов («Сицилийская вечеря»), либо одних конфессий против других («Варфоломеевская ночь»), либо «левых» против «правых» («Парижская коммуна»);

            Этот разогрев будет сопровождаться крупномасштабной (общеевропейской) войной, сравнимой с Тридцатилетней. Это было бы даже логично: такая война положила начало современной Европе – Европе национальных государств, она же положит ей конец.

            Наконец, катастрофа может пройти сравнительно гладко – по той схеме, по которой в начале 1990-х распадался Советский Союз. Но даже и в этой благополучной версии неизбежны «релаксационные войны», устанавливающие новые границы и новую систему равновесия. В бывшем СССР – Нагорный Карабах, Приднестровье, Осетинская война, Чеченская война. В Версальской Европе – Греко-Турецкая война, Польско-Литовская война. В Югославии – многосторонняя «релаксационная» война всех против всех при активном участии ООН, НАТО, американских миротворцев.

            Все варианты приводят к неизбежности военных действий на территории «старой Европы» - разница только в масштабах и последствиях. В ходе Игры мы постараемся разобраться в возможностях, рисках, форматах нового европейского равновесия.  В конечном итоге речь идет о новой, ранее неизвестной форме «войны в коммунальной квартире», когда воющие очень тесно связаны друг с другом, а пространство войны застроено объектами, которые во что бы то ни стало нужно сохранить в ценности. Эдакая массовая драка в малогабаритной квартире, заставленной антикварными вещами и дорогой электроникой.

            На данный момент остается открытым вопрос: будем ли рассматривать Европу, как замкнутый регион (США, Китай, Индия, Россия остаются «фоном», определяющим свойства игрового поля, но не содержание игры) или же внешней рамкой Игры будет глобализация, и Европа будет рассматриваться, как одна из частей света?

            Пока открыт и список субъектов Игры, не связанных с национальными государствами. Конечно, будет НАТО, и его роль в Игре может оказаться решающей. Никуда не денутся ООН, ОБСЕ, ЮНЕСКО, МАГАТЭ… (список открыт). Собственно, европейские организующие структуры, разумеется, не канут в небытие просто потому, что ЕС распался: как и в случае Римской Империи этот распад очень долго не будут признавать за свершившийся факт. Но, помимо перечисленных очевидных игроков будут и совершенно неочевидные…

           

            Две Игры – 3 и 24 марта – рассматриваются Организаторами, как парные. Мы надеемся на преемственность ролей и рассчитываем получить пересечение стратегий в версиях «релаксационных войн» и «войны Ротшильдов». Такое пересечение может стать отправной точкой для выводов если не о Будущем Европы, то, по крайней мере, о Будущем стратегического и постстратегического Искусства.

 

Игра 3 марта будет состоять из следующих стадий:

 

  • Вводная лекция по основам военной истории Европы
  • Исходные данные по кризису Европейского Союза
  • Четыре такта Игры (здесь мы не будем выделять экономику, социологию, культуру, политику, собственно, войну – уже говорилось, что Европа представляет собой коммунальное пространство, в том числе и для структур, смыслов, институтов и процессов)
  • Сборка          

 

Призываем сильных Игроков и планируем дерзкую Игру!